Авторы: 159 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

Книги:  184 А Б В Г Д Е З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я

9.3. Российская традиция

В России развитие науки об управлении финансами имело

свои особенности. В области становления и распространения

научных знаний, в том числе и экономических, Россия традиционно

отставала от европейских стран; в немалой степени

это было обусловлено относительно поздним (по сравнению

с Западом) началом книгопечатания, которое в России датируется

1564 г. (именно в этом году И. Федоров выпустил первую

русскую датированную печатную книгу «Апостол»), то

есть сто лет спустя с того момента, когда И. Гутенберг впервые

напечатал свою 42-строчную Библию. Тем не менее, некоторые

общие идеи управления финансами, естественно, не

с позиции государства, а в сугубо житейском плане, ставшие

в дальнейшем универсальными, можно найти в известном произведении

русской литературы XVI века «Домострой».

Зарождение финансовой науки в России традиционно принято

связывать с именем Ю. Крижанича (1617—1683), в работах

которого впервые формулируются проблемы управления

финансами в широком контексте, когда финансовая система

понимается как один из важнейших факторов укрепления государственности.

Деятельность Крижанича не встретила очевидной

поддержки со стороны властей; более того, из девятнадцати

лет, проведенных им в России (1659—1678), шестнадцать

лет он находился в ссылке в Тобольске. Будучи широко

образованным человеком, получившим образование в Вене,

Болонье, Риме, Крижанич написал в России девять сочинений

по богословию, философии, политике, языкознанию. Основной

его труд «Политичны думы» (отметим, что в исторической

русскоязычной литературе существует несколько интерпретаций названия работы, так как в оригинале она была написана

на латыни), относимый историками к 1663 г., получил в России

широкую известность после опубликования в 1859 г.

В этой работе Крижанич привел развернутый план укрепления

российской государственности, сформулировал основные

задачи государства, в том числе и в области финансов.

Помимо Крижанича историки отмечают сочинение подьячего

Посольского приказа Григория Котошихина <0 России в царср

вование Алексея Михайловича», написанное в 1666—67 гг. и изданное

в России в 1840 г., в котором также затронуты проблемы

управления финансами. Первоначально рукопись стала известна

в России после того, как в Стокгольмском государственном архиве

был найден ее шведский перевод; оригинал рукописи на

русском языке был найден позднее в библиотеке Упсальского

университета. Рукопись была опубликована в России в 1840 г.

(интересно отметить, что автор был поименован как Григорий

Кошихин). Подьячий Посольского приказа Котошихин бежал за

фаницу после того, как отказался исполнить приказ воеводы

Юрия Долгорукого написать донос на прежних воевод. В Швеции

он прожил недолго, при этом вел распутный образ жизни;

обвиненный своим хозяином в сожительстве с его женой, Котошихин

убил его, после чего был арестован и обезглавлен. Тем не

менее, его имя вошло в историю именно благодаря рукописи

о состоянии дел в Российском государстве, которую он подготовил

по приказу своих шведских покровителей.

Финансовые вопросы затронуты в этой рукописи не в об-

шегосударственном масштабе, а с позиции констатации отдельных

видов доходов и расходов на примере царских приказов,

т. е. органов центрального управления в России в XVI — начале

XVni в. Тем не менее, даже простое описание особенностей

деятельности тридцати семи приказов, которому посвящена

седьмая глава рукописи, дает возможность получить некоторое

представление об источниках доходов и направлениях

расходов государевой казны. В частности, Приказ' Большого

Двора отвечал за печатные пошлины с грамот и иных дел, что

давало казне около 2000 рублей в год. «Из того же приказу на

Москве, откупают на Москва реке и на Яузе зимою лед,

и пролубное мытье, и весною перевоз, а будет с того откупу

денег в год с 3000 рублев. А расход тем деньгам бывает: на

церковные строения, и как царь ходит по монастьгоям и по

церквам и в тюрьмы и в богадельни, и нищим и убогим людям

на милостыню и на погребенья, и на дворцовые на всякие

расходы, и на покупки дворцовых запасов, и на жалование

подьячим и трубникам и работникам.» [Котошихин, с. 70].

Некоторые приказы давали весьма неплохой доход в казну:

например, Сибирский приказ получал его в виде собольих.

горностаевых, лисьих мехов на сумму более 600 тыс. руб.

в год. Были и небольшие по доходам приказы: например, приказ

Устюжская Четверть (боярин и два-три дъяка) отвечал за

доходы с Великого Устюга и приносил в казну около 20 тыс.

руб. в год, приказ Костромская Четверть, в который входили

также Ростов, Ярославль, Кострома, давал в казну до 30 тыс.

руб. Общий годовой доход государевой казны составлял более

10 млн руб.

Даже если не принимать во внимание тот факт, что упомянутые

работы не были известны широкому кругу читателей,

они не имели, да и не могли иметь методологического значения

как работы, положившие начало финансовой науке в России,

поскольку затронутые в них вопросы в области финансово-

экономической политики не носили целевого, систематизированного

характера. Именно это обстоятельство дало

основание академику И. И. Янжулу утверждать, что в России

оригинальная финансовая мысль зародилась несколько Позднее

— в ходе установления торговых связей с западными странами,

а первым ее выразителем стал известный экономист

и предприниматель И. Т. Посошков (1652—1726), который

в своем основном сочинении «О скудости и богатстве» (1724,

изд. 1842) изложил программу политических, экономических

и финансовых преобразований России.

Посошков, крестьянин подмосковного села Покровское, не

получил даже школьного образования, однако в силу природной

сметки и усердия в том числе и в постижении наук, он

достиг значительных успехов как в предпринимательстве, так

и в научно-просветительской области. Он был ярым поборником

преобразований Петра I, выступал за развитие промышленности

и торговли, ратовал за изменение податной системы.

Посошков не находился под влиянием какой-либо научной

школы, однако многие его идеи были в русле политико-экономических

преобразований царя-реформатора, что, вероятно,

и дало основание Брикнеру утверждать, что фактическим наставником

Посошкова был Петр I. На самом деле Посошков,

по-видимому, лишь однажды встречался с царем — в селе Преображенском

в .1700 г. по поводу заказа «огнестрельных рогаток

» (Посошков занимался вопросами производства и продажи

военной техники).

Одна из причин «скудости» страны, по Посошкову, заключалась

в неудовлетворительном состоянии торговли и финансов,

в частности, в непродуманном податном налогообложении.

Он, как и Крижанич, утверждал: богаты люди — богато государство.

Термин «финансы» не встречается в сочинении Посошкова

непосредственно, однако из контекста видно, что подобная категория в его понимании могла относиться к «царскому интересу

». Очень большое внимание в работе уделено налогам;

Посошков всячески подчеркивает важность грамотной налоговой

системы, критикует существующую систему прежде всего

за ее громоздкость, множественность, а нередко и курьезность

налогов (сборы на дубовые гробы, пошлина на бороду и усы

и т. п.). Посошков предлагает новые варианты пополнения

казны — в частности, заменить казенную продажу соли торговлей

и установить сбор в 10 коп. с пуда соли.

В исторической литературе упоминается и о «денежном

письме», которое Посошков направил боярину Ф. А. Головину,

одному из сподвижников Петра Великого, игравшему, по

словам Брикнера, роль Мецената в России [Брикнер, с. 31]'.

К сожалению, это письмо было утеряно для потомков; известно,

например, что Посошков предлагал в нем чеканить монету

•«с мелкой дробью», поскольку «деньги вельми к воровству

способны». Это письмо без преувеличения можно считать одной

из первых работ в области управления финансами вообще

и совершенствования денежной системы в частности.

Как и многие прогрессивно мыслившие люди того времени,

Посошков на склоне лет подвергался гонениям — в августе

1725 г. он был арестован и вскорости умер. Хотя среди основных

причин называлось воровство, исследователи полагают,

что арестован он был в основном из-за его литературной дея-

тельности^.

Следующей примечательной вехой в развитии финансов

в России был труд помощника статс-секретаря Государственного

Совета, а впоследствии декабриста, Николая Ивановича

Тургенева «Опыт теории налогов», изданный в 1818 г. Тургенев

дал краткое описание истории возникновения налогов,

сформулировал принципы налоговой политики (равное распределение

налогов, их определенность, удобность в сборе для

плательщиков, минимальность расходов по сбору и. др.), привел

различные классификации налогов, подробно разобрал

экономический смысл каждого налога, дал определения

и трактовки различных видов капитала. Тургенев выдвинул на

первый план принцип подоходно-поимущественного обложения,

как соответствующий требованиям равенства и справедливости:

•«Налоги должны быть распределены в одинаковой

соразмерности: пожертвования каждого на пользу общую

должны соответствовать силам его, т. е. его доходу.» Одна из

основных мыслей автора состояла в том, что налоги вряд ли

приветствуются налогоплательщиками, но вместе с тем они

неизбежны: «Требовать ныне уничтожения налогов значило бы

требовать, уничтожения самого общества» [Тургенев, с. 10].

Эта книга получила весьма высокую оценку в России. В частности,

профессор Императорского Александровского университета

И. Шилль считал, что работой Тургенева «по справедливости

могла гордиться русская литература; гордились бы и все

другие, если бы она была известна в свое время иностранцам»

[Шилль, с. 73]. Последующие поколения российских ученых

также постоянно упоминают работу Тургенева как одну из

ключевых книг, сыгравших значимую роль в становлении финансовой

науки. Более того, по мнению И. И. Янжула, именно

Тургенева следует считать основоположником русской финансовой

науки как систематизированного знания.

Уже в начале XIX века в России начинает постепенно

складываться понимание, что только системой налогов и пошлин

не ограничивается содержание финансовой науки; другая

весьма существенная ее компонента — государственный

кредит. Первая систематизированная работа в этом направлении

написана М. Ф. Орловым (1788—1842) и опубликована

в 1833 г. Орлов привел определение кредита, сформулировал

различия между частным и государственным кредитами, обосновывал

значимость налогов и займов как основных источников

происхождения государственных капиталов, объяснил

принципиальное различие между этими источниками, обобщил

опыт западных стран в области налогообложения и кредита.

В дальнейшем в России быстро начала формироваться

плеяда замечательных ученых,. работавших в области финансов:

проф. И. Я. Горлов читал финансовое право и статистику

в С.-Петербурге в императорском Александровском лицее (его

капитальный труд «Теория финансов», впервые изданный

в 1841 г., в дальнейшем неоднократно переиздавался), проф.

Е. Г. Осокин читал финансовое право в Казанском университете,

профессор С.-Петербургского университета В. А. Лебедев

издал несколько примечательных монографий по теории финансов

и финансовому праву. Особо следует упомянуть

о И. И. Янжуле (1846—1914), монография которого «Основные

начала финансовой науки» в течение многих лет накануне революции была наиболее капитальным трудом и основным

учебным пособием в области финансов (первое издание этой

книги было удостоено премии бывшего министра финансов

ген.-ад. С. А. Грейга), и И. X. Озерове. (1869-1942), фундаментальный

труд которого «Основы финансовой науки»

в двух выпусках в последний раз был переиздан в буржуазной

Латвии в 1923 г.

Как и на Западе, сформировавшееся в России к концу

XIX века научное направление имело очевидную направленность

на публичные союзы, главным образом государство. Что

касается базовых учебных пособий по подготовке финансистов,

то они не отличались существенным образом от своих

зарубежных аналогов. Примечательной особенностью первых

книг по теории финансов была их описательность, научный

инструментарий практически отсутствовал. Более того, все авторы

выводят количественные методы управления финансами

за пределы данной науки. Причина этого вполне объяснима

— поскольку речь шла о финансах союзов публичного характера,

основное внимание уделялось способам мобилизации

средств (домены, подати, налоги и др.).

Особенность развития финансовой науки в России в рамках

классической теории финансов состояла в том, что она

в течение продолжительного времени тесно корреспондировала

с финансовым правом. Выражалась эта связь, по крайней

мере, в двух аспектах. Во-первых, подавляющее большинство

книг по финансовому праву и финансовой науке в содержательном

плане в значительной степени дублировали друг друга.

Во-вторых, в университетах тех лет не было специальных

программ подготовки экономистов и финансистов — эти специалисты

готовились на юридических факультетах университетов.

Такое положение, по крайней мере, в отношении финансов,

в известном смысле объяснимо, поскольку исторически

финансовое право начало формироваться в .отдельную

отрасль знаний в ряде стран уже в средние века, т. е. до того,

как появились первые систематизированные труды в области

управления финансами.

Размежевание между финансовой наукой и финансовым

правом, наметившееся в работах ведущих российских ученых

накануне Октябрьской революции 1917 г., по сути, так и не

оформилось в окончательном виде. Грянувшая революция внесла

свою, причем существенную, лепту в формирование финансовой

науки — последовавшее в дальнейшем построение

централизованно планируемой экономики естественным образом

привело к абсолютизации государственных финансов, понимаемых

с учетом советской системы права и экономики.

В годы советской власти в СССР разрабатывались, в основном,

вопросы теории и практики централизованных (точнее,

государственных) финансов. Это направление шло как бы

в развитие разработок ученых-финансистов дореволюционной

России. Что касается децентрализованных финансов, в частности,

финансов организаций (предприятий), то еще в начале

XX века какого-либо систематизированного изложения этого

направления, которое оформится в так называемый ^финансо-

вый менеджмент» лишь после второй мировой войны, попросту

не существовало. Управление финансами на уровне предприятия

осуществлялось на интуитивной основе, еще не сформировались

значимые рынки капитала, по сути, не было

транснациональных корпораций, не было необходимости в

формализации процедур оценки инвестиционной и финансовой

деятельности. Отдельные элементы управления финансами

предприятия развивались в рамках бухгалтерского учета.

Тем не менее, в России накануне революции 1917 г. существовали

и успешно развивались два самостоятельных направления

— анализ баланса (в рамках балансоведения) и финансовые

вычисления,— которые в настоящее время входят в состав ключевых

разделов современного финансового менеджмента.

Причины появления, логика формирования и перспективы

развития этих направлений достаточно очевидны. Во-первых,

на уровне хозяйствующего субъекта финансы и бухгалтерский

учет тесно переплетены. Вряд ли оспариваем тезис о том, что

невозможно стать грамотным финансистом без намежащего и,

заметим, весьма приличного знания концептуальных основ

бухгалтерского учета, его логики и техники. Верно и обратное:

бухгалтер, ограничивающий сферу своей деятельности следованием

типовым проводкам, не желающий вникнуть в специфику

финансового планирования, бюджетирования и имитационного

финансового моделирования, никогда не сможет подняться

выше уровня заурядного клерка. Не случайно,

в развитых странах, в частности, в странах, исповедующих

англо-американскую модель бухгалтерского учета, проводят

различие между собственно бухгалтером (accountant) и счетоводом

(bookkeeper). Дело в том, что решения финансового характера

на уровне предприятия сводятся, по сути: (а) к оптимизации

его баланса, являющегося, как известно, наилучшей

финансовой моделью предприятия, и (б) инициализации и оптимизации

денежных потоков. Подобные решения, с одной

стороны, базируются на доскональном понимании принципов

движения средств по счетам бухгалтерского учета, а, с другой

стороны, предполагают применение разнообразных финансовых

моделей, учитывающих, в том числе, стохастический характер

параметров многих операций и временную ценность денежных средств, что выходит за пределы традиционной бухгалтерии.

Во-вторых, бухгалтерский учет имеет наиболее обширную и

достоверную информационную базу для финансового анализа.

Эта база хорошо и понятно структурирована, в ней можно

найти необходимые данные для различных лиц, заинтересованных

в деятельности данного предприятия.

В-третьих, любые бизнес-контакты начинаются с взаимного

представления публичной бухгалтерской (финансовой) отчетности.

Годовой отчет компании является как бы ее визитной

карточкой. Ни одно решение, и прежде всего финансового характера,

в отношении потенциального контрагента не может

быть принято без ознакомления с его последним отчетом.

В-четвертых, для участия в листинге на любой бирже необходимо

предоставить финансовую отчетность, составленную

с учетом определенных требований. Как уже упоминалось,

в мае 2000 г. утвержден базовый набор регулятивов (40 наименований),

базирующихся на международных стандартах

бухгалтерского учета, известных в России как «международные

стандарты финансовой отчетности»» (МСФО). Доскональное

знание этих стандартов, носящих в большей степени финансовую,

нежели бухгалтерскую природу, необходиКю не

только профессионалам-бухгалтерам, но и топ-менеджерам,

финансистам, аналитикам, инвесторам.

В-пятых, подавляющее большинство решений финансового

характера предполагают количественное их обоснование. Можно

по-разному группировать эти решения, но наиболее общим

является подразделение их на два блока исходя из необходимости

ответа на два ключевых вопроса: «Куда вложить имеющиеся

финансовые ресурсы?» и «Какие источники можно мобилизовать

для финансирования доступных инвестиций?*.

В любом случае необходимо применение финансовых расчетов,

предполагающих. учет временной ценности денег, инфляции,

доходности, эффективности той или иной схемы начисления

процентов, стоимости источника средств и др.

Рассмотрим коротко эволюцию анализа баланса и финансовых

вычислений (подробнее см., например, [Ковалев, 2001; Ковалев,

Уланов]).

Анализ баланса. В России это направление, как и в некоторых

странах Европы, развивалось в рамках балансоведения,

т. е. науки о балансе, зародившейся в конце XIX в., главным

образом, благодаря усилиям ученых германоязычных стран.

В России ее расцвет приходится на первую половину Хл в.

[Соколов, 1996, с. 492—4-93]. Здесь прежде всего следует отметить

А. К. Рощаховского (1910 г.), которого можно считать

первым русским бухгалтером, по-настоящему оценившим роль экономического анализа и его взаимосвязь с бухгалтерским

учетом. В 20-е годы теория балансоведения и, в частности, методологические

основы построения и анализа баланса была

окончательно сформулирована в трудах А. П. Рудановского,

Н. А. Блатова, И. Р. Николаева и др.

По мере строительства планового социалистического хозяйства

в СССР анализ баланса и финансовые вычисления сравнительно

быстро были трансформированы в анализ хозяйственной

деятельности. Произошло это путем естественного (в рамках

социалистической экономики) принижения роли

коммерческих вычислений, усиления контрольной функции, доминирования

анализа отклонений фактических значений показателей

от плановых, снижения значимости баланса как инструмента

управления финанса.ми предприятия. Анализ все более

и более отделялся от бухгалтерского учета, его финансовая

природа выхолащивалась; по сути, он превращался в технико-

экономический анализ (анализ показателей производства,

реализации, труда и заработной платы и др.), которым не занимался

по-настоящему никто; ни бухгалтеры — не входит в сферу

деятельности, да и не представляет профессионального интереса;

ни менеджеры — нет времени. Суть такого анализа состояла

в реализации схемы «план-факт*, а собственно анализ по

существу был заменен контролем. Такой анализ был ретроспек'

тивным по своей природе, а, следовательно, мало полезным

(недаром американцы называют его «посмертным*). Кроме

того, поскольку пропагандировавшиеся [^етодики технико-экономического

анализа базируются, в основном, на информации,

которая в условиях рыночной экономики рассматривается как

конфиденциальная, анализ хозяйственной деятельности был

наукой, развивавшейся исключительно в СССР.

Процесс трансформирования анализа баланса в анализ хозяйственной

деятельности приходится на 1930-е гг.— период,

когда общее методологическое и методическое руководство

бухгалтерским учетом, контролем и анализом хозяйственной

деятельности было возложено на Народный комиссариат финансов.

К началу 1940-х гг. появляются первые книги по анализу

хозяйственной деятельности предприятия (С. К. Татур,

Д. П. Андрианов, М. Ф. Дьячков, М. И. Баканов и др.). В начале

1970-х гг. появляются первые книги по теории анализа

хозяйственной деятельности (М. И. Баканов, А. Д. Шеремет,

И. И. Каракоз, Н. В. Дембинский и др.). Одной из лучших работ

по этому направлению является монография А. П. Александровского

(1938 г.). В последние годы эти же книги выходят

уже под титулом «Теория экономического анализа».

В отечественной науке под теорией экономического анализа

в последние тридцать лет пони.мают гораздо более приземленное направление, связанное с изложением методов и техники

аналитических расчетов на уровне небольщой коммерческой

организации и, как правило, в ретроспективном аспекте

(для сравнения см. [Шумпетер]). Отличительные особенности

данного анализа состоят в следующем:

• он проводится обычно в ретроспективном аспекте;

• его квинтеэссенцией являются: (а) анализ выполнения

плановых заданий по различным показателям и (б) факторный

анализ;

• он затрагивает не только и не столько финансовую сторону

деятельности предприятия, сколько предполагает комплексную

оценку абсолютно разнородных (с позиции, например,

бухгалтера или финансового менеджера) сторон деятельности.

Приоритетность анализа, в основе которого лежит финансовая

модель предприятия, перед анализом хозяйственной деятельности

в устаревшей его трактовке признается уже многими

специалистами; не случайно в последние годы на отечественном

книжном рынке появились монографии и учебные

пособия с титулом «Финансовый анализ*.

Можно говорить о нескольких подходах к трактовке и содержательному

наполнению дисциплины «Финансовый анализ»:

• согласно первому подходу анализ понимается в широком

аспекте и охватывает все разделы аналитической работы, связанные

с управлением финансами хозяйствующего субъекта

в контексте окружающей среды, включая и рынок капитала,

т. е. он рассматривается как один из ключевых разделов финансового

менеджмента (здесь финансовый аналитик — по

сути, финансовый менеджер, не обладающий правом принятия

управленческого решения);

• второй подход. ограничивает сферу его охвата анализом

бухгалтерской (финансовой) отчетности (здесь финансовый

аналитик — это, по сути, бухгалтер-аналитик);

• в рамках третьего подхода под финансовым анализом понимаются

система понятий и инструментарий, позволяющие

выполнять аналитическое обоснование поведения на финансовых

рынках (здесь финансовый аналитик — это специалист по

оценке ситуации на финансовом рынке или любом его сегменте

и обоснованию решений по управлению финансовыми инструментами).

Таким образом, финансовый анализ вновь оказался востребованным

на практике, он по праву включен не только в университетские

программы подготовки бухгалтеров и финансистов,

но и в программы подготовки профессиональных бухгалтеров,

аудиторов, оценщиков. Фактически он развивается

в виде двух взаимосвязанны.ч ^taпpaплeний: (а) как самостоятельное научное направление (основная задача — разработка

принципов и техники анализа публичной финансовой отчетности

с позиции лиц, не имеющих доступа ко всей информационной

базе предприятия), (б) как крупный раздел финансового

менеджмента (основная задача — аналитическое обоснование

решений финансового характера при условии доступа к конфиденциальным

источникам информации).

Финансовые вычисления. Никакие решения финансового

характера не могут приниматься без надлежащего обоснования,

базирующегося, как правило, на специальных расчетах,

имеющих. определенную логику и предполагающих применение

методов количественной оценки.

Исторически финансовым вычислениям предшествовали

так называемые купеческие, а впоследствии коммерческие расчеты,

т. е. расчеты, с которыми приходилось иметь дело, главным

образом, купцам и торговцам. Не случайно возникновение

первых попыток систематизированного изложения коммерческих

расчетов связывают со средневековой Венецией,

бывшей в то время одним из крупнейших торговых центров

не только Италии, но и Европы.

Развитие торговых связей России со своими соседями

в конце концов имело тот же эффект. Уже в XVII веке в России

появляются математические рукописи, представлявшие собой

попытку объединить технику вычислений с логикой коммерческих

операций. В частности, в этих рукописях не только

систематизировались действия с целыми числами, дробями,

процентами, но и объяснялась логика расчета цены товара,

прибыли, обменных операций и др.

В 1803 г. вышла знаменитая «Арифметика» Л. Ф. Магницкого,

названная М. В. Ломоносовым «вратами учености». В течение

многих лет эта книга была основным учебным пособием.

Вместе с тем, с развитием промышленности и торговли появляется

все больше задач и практических ситуаций, которые не охватываются

элементарными арифметическими действиями, т. е.

возникает потребность в пособиях, в большей степени ориентированных

на практику. В 1811 г. появляется работа В. С. Кряжева

«Купеческая арифметика для банкиров, купцов, заводчиков,

фабрикантов и воспитанников их» — по-видимому, первое

специализированное руководство по коммерческой арифметике

в дореволюционной России. В 1850 г. издается работа

А. А. Штейнгауза «Купеческая арифметика», которая в течение

нескольких десятилетий была основным пособием в этой области,

изданном на русском языке. В последующие годы уже многие

авторы публикуют свои руководства по коммерческим вычислениям.

В конце XIX века начинается постепенное распространение

круга вопросов, рассматривавшихся в курсах купеческой (коммерческой)

арифметики на область финансов, что находит отражение

в появлении руководств по финансовым вычислениям.

Это работы П. И. Рейнбота, И. И. Кауфмана, В. Сенигова,

Б. Ф. Малешевского, А. И. Толвинского, Н. С. Лунского,

П. М. Гончарова, 3. П. Евзлина и др. Вероятно, девяностыми

годами XIX века можно, с известной долей условности, датировать

появление в России систематизированного направления

«финансовые вычисления».

Особо следует выделить работу Б. Ф. Малешевского, изложившего

математическую теорию оценки долгосрочных финансовых

операций, математическую статистику и теорию

страхования. Эта работа была очень высоко оценена современниками;

в частности, И. И. Кауфман писал: «Как по полноте

этих таблиц, так и по полноте, с которою в тексте сведены все

результаты математических исследований, старых и новых,

труд г. Малешевского в настоящее время (1891 г.— В.К.) далеко

оставляет позади себя однородные сочинения других литератур,

особенно, французские и немецкие» [Кауфман, с. 319].

Безусловно, наиболее плодотворно в этом направлении работал

замечательный русский математик, финансист и бухгалтер

Н. С. Лунский. Именно он ввел в обиход понятие «высшие

финансовые вычисления», определив их как «отрасль

прикладной математики, посвященной исследованию доступных

математическому анализу вопросов финансовой науки,

статистики и политической экономии», разработал университетский

курс по этой дисциплине и, обосновывая его значимость,

писал: «Высшие финансовые вычисления входят как

обязательный предмет в учебные планы всех высших коммерческих

школ Западной Европы, и можно заметить, что этому

предмету дается тем большее развитие, чем выше уровень

школы в научном отношении» [Лунский, с. 3].

Иными словами, накануне революции отечественная финансовая

школа находилась на весьма достойном уровне; более

того, по свидетельству С. Мохова, «ни одна высшая коммерческая

школа Запада не может, например, поспорить широтой

и богатством программы с программой Московского коммерческого

института» [Мохов, с. 23]. Отметим кстати, что как раз

в этом институте (ныне это Российская экономическая академия)

вел курс «Высшие финансовые вычисления» профессор

Н. С. Лунский.

В силу исторически сложившегося выбора в направлении

строительства централизованно планируемой социалистической

экономики коммерческие и финансовые вычисления

как самостоятельный курс не получили в России должного развития в послереволюционный период. Более того, с исчезновением

бирж, коммерческих банков и финансовых компаний

курс финансовых вычислений был исключен из университетских

программ и низведен до уровня финансовых

и финансово-кредитных техникумов. Вероятно, считалось,

что среднего специального образования достаточно для того,

чтобы заниматься финансовыми операциями в СССР. Напротив,

в странах с ориентацией на рыночную экономику по

мере становления рынка капитала основные разделы коммерческой

арифметики и финансовых вычислений вошли

составными частями, соответственно, в самостоятельные научно-

практические направления «управленческий учет* и

«финансовый менеджмент».

В последующие годы вплоть до начала 1990-х гг. положение

с дисциплинами, имеющими отношение к финансовым и

коммерческим расчетам, практически не менялось. Возрождение

финансовых вычислений в России связано с появлением

работ проф. Е. М. Четыркина. В последнее время круг авторов

по данной проблематике постоянно расширяется; такая тенденция

вполне объяснима и оправдана. Более того, в соответствии

с дореволюционной российской традицией дисциплина

«Финансовые вычисления» по праву вновь введена в универ>-

снтетские программы.